TennisTree   Заметки тренера по теннису

Пример: вечный ученик

Некоторые тренеры вольно или невольно воспитывают себе вечного ученика. Обычно это тот случай, когда возрастной любитель (или молодой, но невысокого уровня) учится играть под руководством сильно бьющего профессионала (точнее, занимавшегося в детстве и играющего в приличном темпе). Который не препятствует стремлению ученика бить так сильно, «как по телевизору», или даже приветствует это (поскольку это позволяет тренеру так или иначе поддерживать форму, и вообще ему противно 2 часа выполнять слабые удары. Он бьёт, как умеет).

Лет через пять этот ученик (назовём его М., у меня перед глазами конкретный персонаж) попадает в корт сильными ударами в 60% случаев при игре с тренером (который, однако, в заботе о пропитании играет достаточно ровно и редко заставляет ученика выполнять удары в движении: ученик должен ощущать прогресс). Ещё лет через 5 — 70 или даже 80%, затем, например, начинается некоторое снижение в связи с возрастом.

Через несколько лет после начала занятий, вопреки рекомендациям тренера, или при отсутствии таковых, М. заявляется в любительский турнир с намерением «порвать всех этих чайников». Ведь у него хорошая и современная техника (а у них как правило — вообще никакой), он сильно бьёт и и умеет отбивать сильные подачи и удары с отскока. Он вложил в своё обучение кучу денег, а они — ни копейки. Да и нет у них денег, и даже форма у них не этого года. У него же три одинаковые профессиональные ракетки, с натяжками под разную погоду (как учил тренер), люксилоном у известного стрингера. Перед тем, как заснуть накануне турнира, он подумал, что при награждении будет снисходителен к занявшему второе место, и рекомендует ему своего тренера. Тренер будет засыпан предложениями, и под это дело надо будет выторговать у него скидку.

Результат соревнования катострофический — поражение в первом круге от чемпиона двора (корявого и глумливого) со счётом 0–6, 0–3, отказ. У этого гоблина одна ракетка, и натяжка со множеством узлов от ремонта, а из-под драных штанов видны семейные трусы в горошек. С первого же розыгрыша М. ощущает сильную скованность, в корт попадает через раз, просит соперника играть нормально. Тот мерзко улыбается и выполняет подачу снизу.

Соперник родился не вчера, видел он и таких, и знает, что делать. Его задача — выиграть за минимальное время, надо экономить силы для следующих игр, ведь за первое место дают тысячу баксов и абонемент на корт раз в неделю на сезон. Он даже не пытается закидать М. свечками — безотказный способ против таких, но слишком долгий, ведь корт на солнце. Оценив уровень закрепощения М., соперник даёт ему удобные, но низкие мячи под правую руку в район линии подачи — чтобы М. проигрывал одним сильным ударом в забор. А то слева он ещё и мяч будет держать по 2–3 раза — думает соперник.

Также соперник, не выходя за рамки правил, делает всё для того, чтобы М досрочно закончил игру. Издевается над М., чередуя укороченные удары и свечи, вызывая смех зрителей. Сильно бьёт и попадает в М., когда тот выходит к сетке. Наконец, в перерыве фамильярно щупает рукав его майки и спрашивает: «Лакост, однако. Дорогая, наверное?» и непонятно чему улыбается. При этом видно, что у него нет двух передних зубов.

Не выдержав, М. хватает свою сумку и уходит. Этот момент крушения мечты он будет помнить всю жизнь. Он же определит его дальнейшее поведение в теннисе. Скорее всего, он больше не будет заявляться в такие турниры. А если и будет, то с таким же результатом, после чего бросит такие попытки.

Лет через пять после этого я при случайной встрече беседовал с М. в раздевалке о постороннем, но имея в виду возможность попытаться вправить ему мозги. Мощный человек: в современной технике разбирается не хуже меня, профессионально занимается физической подготовкой, нанял ещё более молодого тренера. После нескольких минут обсуждения я передумал. Меня он считает тренером для чайников, но не для таких, как он.

Можно говорить, что имеют место сразу четыре причины, каждой из которых было бы достаточно для того, чтобы М. не мог добиться успеха в соревновании (к обсуждаемой теме имеет отношение только первая из них).

1) Темп ударов, применяемых М., не соответствует его уровню игры и общему потенциалу в теннисе. Объёмы тренировок значительны, но врождённые способности лишь ненамного выше среднего уровня. Этот же темп оптимален для тех, кто помимо прочего прошёл суровый отбор по врождённым данным. Но не для него. Поэтому в принципе невозможно, чтобы его удары в реальной игре на счёт имели достаточную стабильность. Они её не имеют, и будут блокироваться. Движение он забывать не будет: слишком давно и много он его применяет. Закрепощение будет приводить к нарушению координации и согласованности движений. В соревнованиях его будет сводить (клинить, колбасить и т.д.) всегда, привыкание невозможно.

В его же играх на счёт с тренером никакого закрепощения не происходит, поскольку уровень ответственности близок к нулю. Обоим понятно, что кошка играет с мышкой.

2) М. не умеет и не хочет учиться выполнять (сильные) удары по слабым мячам. Это вообще сложно и требует специальной тренировки. М. не считает её необходимой, поскольку в матчах, которые он наблюдает по телевизору, оба соперника выполняют только сильные удары.

3) М. не привык к ситуации явной враждебности на корте, когда соперник стремится вывести его из равновесия и не скрывает этого. Там, где он тренировался, он привык к почтению. Человек платит за всё, все ходят на цыпочках, тренер называет его на Вы. А здесь соперник при разминке называет его неприличным словом, когда никто не слышит, и оценив чувствительность М., при смене сторон как бы случайно задевает его, чтобы спровоцировать всплеск агрессии и соответствующее ослабление концентрации на игре.

(Необходимое замечание: в любительском теннисе преобладает в целом внешне корректное отношение к сопернику. Но если Вы играете турниры, то будете сталкиваться и с другими подходами. Если упомянутый выше соперник М. в соревновании внёс, заявляясь в турнир (и надеясь выиграть больше) сумму, соответствующую его доходу за неделю, то вряд ли он будет изображать джентельмена. Как-нибудь в другой раз). А чтобы выигрывать турниры, надо выигрывать все матчи. Многое зависит от статуса турнира. Один мой коллега отказывался от игры на 1000 рублей. «Это, к сожалению и к удивлению, достаточная сумма для того, чтобы культурная оболочка слезла и человеческая сущность вылезла наружу. А мне уже надоело её наблюдать»).

4) Игра на счёт — это отдельное от техники умение, которое нельзя в полной мере приобрести с тренером. А только в играх на результат с себе подобным. В таких играх психика проводит свою работу по поиску вариантов, ведущих к победе. Это и процентные соотношения (при каких ударах из каких точках в каких ситуациях насколько активно надо бить, насколько рисковать и т.д. Это и осознанное приобретение опыта: умение определять слабые стороны соперника и использовать их, умение управлять своей психикой в сложных ситуациях и т.д. и т.п.) Никакой тренер не может научить всему этому.

Примечание: бывают и другие типы учеников, занимающихся только с тренером вечно. Например, те, кому просто лень искать партнёров, договариваться о встречах, и т.д.


0.4s